Оценить:

Любовная мозаика Смит Карен




18

Пейдж слегка знобило. Она быстро скинула с себя мокрую одежду и юркнула в ванную. Теплая вода, мягкий свет галогеновых ламп, уют в доме Клэя — все вызывало в ней ощущение блаженства и безопасности.

Прогревшись как следует под душем, Пейдж шагнула из ванны на розовый махровый коврик, тщательно вытерлась и намазалась питательным кремом. Затем облачилась в огромный халат Клэя, туго затянула на талии пояс и вышла в холл.

Снизу из кухни доносилось монотонное гудение стиральной машины. Пейдж так и подмывало посмотреть, какая у Клэя спальня. Она наугад толкнула первую дверь: белые стены, темно-синие шторы, огромная кровать с балдахином, изящная тумбочка с лампой, кипа книг и журналов на полу — все говорило о том, что она не ошиблась.

Послышался какой-то шум, и девушка, боясь, что ее застигнут врасплох, быстро закрыла дверь и направилась вниз. Клэя она обнаружила в кухне. Почувствовав на себе ее взгляд, мужчина обернулся. Его глаза медленно заскользили по ее пушистым волосам, босым ногам, благоухающему телу.

Пейдж подошла к нему почти вплотную и спросила:

— Вы позвонили Доку?

— Да. Он был рад узнать, что с вами все в порядке, — ответил Клэй, не сводя с нее взгляда.

— А разве может быть иначе, если я с вами?

— Вы даже не догадываетесь, Пейдж, насколько можете очаровывать, — неожиданно для нее и для себя сказал Рэйнольдс и расправил махровый ворот халата на шее девушки.

— Вы преувеличиваете, — ответила она, замирая от его прикосновения.

Рэйнольдс запустил пальцы в шелковистую копну ее волос, убрал со лба непослушную челку.

— Видит Бог, я старался не дотрагиваться до вас.

— Но почему?

— Потому что я не должен целовать эти губы, ласкать это тело…

— Но почему? — тихо повторила она.

— Когда ты смотришь так… — Клэй наклонился к ее лицу.

7

Пейдж поцеловала его первая. Рэйнольдс крепко прижал ее к себе: в нем клокотала неудержимая страсть. Трепетные женские пальцы скользили по его шее, мочкам ушей, перебирали пряди волос. Ей губы были мягкими и податливыми. Клэй с упоением ласкал языком ее нежное нёбо, его руки сами скользнули вниз к талии девушки. Она выгнулась, в вырезе халата обнажилась молочно-белая грудь…

Невероятным усилием Клэй заставил себя оторваться от ее губ и отступить на шаг. Пейдж растерялась.

— Мне жаль, что я позволил себе… Простите, — произнес он.

— Вот, значит, как, — глядя в пол, вымолвила Пейдж.

— Одежда уже почти готова, — присев на корточки у стиральной машины и пытаясь сдержать дрожь в руках, сказал Клэй.

— Я разожгу камин, — рассеянно проговорила Пейдж.

Пока она возилась с огнем, Клэй продолжал сидеть на корточках перед стиральной машиной. Он ненавидел себя, но искренне считал, что поступил правильно. Она сильная, пытался Рэйнольдс убедить самого себя. Что для нее поцелуй? Девичья причуда, грезы. Ничего, отойдет, забудет…

Прошло два дня. Пейдж готовила ужин, когда раздался телефонный звонок. Сердце екнуло от волнения и необъяснимой сладости. На том конце провода мог оказаться Клэй Рэйнольдс! Они не виделись и не разговаривали с того самого вечера.

После сцены с поцелуем немыслимо было оставаться наедине с Клэем. Она тогда не спала всю ночь, перебирая в памяти свои и его слова, жесты, улыбки… Все дело во мне, в моем неумении. Наверное, что-то во мне не понравилось ему. Но он целовал меня страстно, его глаза не лгали…

Сняв телефонную трубку, она постаралась как можно мягче произнести слово «алло».

— Пейдж, дорогая, ты? — раздался голос ее матери. — Я приезжаю на пару недель в Штаты, чтобы попробовать завербовать молодых врачей на работу в Замбии. — Пейдж насторожилась. — У меня есть кое-какие варианты в Лос-Анджелесе…

— Ты будешь в Лос-Анджелесе? — спросила Пейдж.

— Нет, конечно, — бодро звучал голос в трубке. — Загляну в Техас, Огайо, а потом заеду в Лэнгли, откуда рассчитываю улететь вместе с тобой.

Пейдж вся похолодела: опять в ее жизнь вмешиваются!

— Мама, нам нужно серьезно поговорить, — сказала она.

— Разумеется, детка. Все распланируем. У меня, как всегда, полно идей…

— Мама, дело в том, что я не хочу возвращаться в Африку, — перебила ее Пейдж.

— Ну-ну, что за упадническое настроение! Слушай, мне пора идти. Скоро увидимся.

В трубке что-то щелкнуло, и пошли короткие гудки. Пейдж растерялась. Неужели мама права, думала она. Может быть, у меня действительно дурное настроение, а моя жизнь здесь — всего лишь затянувшиеся каникулы. Но ведь я работаю, и мое стремление к нормальной, полноценной жизни — это не сиюминутный каприз. Ведь и Клэй так живет, и все, кого я здесь узнала. Подвижничество, исповедуемое мамой, претит мне, но как ей объяснить это? Как разорвать пуповину, связывающую нас? Не будет ли это предательством, малодушием с моей стороны?

Белокурые волосы Триш касались травы. Она сидела на корточках и пыталась отобрать у Шепа теннисный мячик.

— Триш, — окликнул ее Клэй, — сделай вид, что тебе все равно, и он тут же отдаст мяч.

— Шутишь, — отозвалась девушка.

— Абсолютно серьезно. Я его повадки как таблицу умножения знаю.

Триш выпрямилась.

— Так ты поедешь в Рейстерстаун в следующую субботу? — спросила его сестра. — Тебе надо зайти в ателье. Смокинг должен сидеть на тебе как влитой.

— Триш, — тон мужчины был усталым, — ты же знаешь, что просишь о невозможном. Давай я просто скажу тебе свои размеры.

Шеп выпустил мяч, девушка подняла его и изо всех сил бросила в глубину сада. Овчарка сорвалась с места и исчезла в кустах, а спустя несколько секунд она уже неслась обратно с мячом в зубах.

18

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор