Оценить:

Любовная мозаика Смит Карен




15

Достав из салона «блейзера» белые пластиковые пакеты с яркими наклейками, он сказал несостоявшемуся вечеру «адью, мон шер» и поспешил назад в поликлинику.

Не заходя в кабинет, боясь потревожить Пейдж и смутить какого-нибудь пациента, Клэй приступил к делу прямо в приемной. Пицца была разрезана на аккуратные треугольники. Подцепив один из них, он положил его на картонную крышку. Потом достал пластиковую бутылку с соком.

Как раз в этот момент из смотровой вышла Пейдж. За ней медленно выплыла грузная дама с палочкой.

Рэйнольдс, казалось, только того и ждал. Он подскочил к девушке с крышкой, которую использовал в качестве тарелки, и бутылкой.

— Берите и кусайте, — без тени улыбки приказал он, не обращая внимания на ее удивленный взгляд.

— Ой, только не здесь. Зачем вы? — попыталась было сопротивляться Пейдж; от усталости она уже перестала ощущать голод.

— Ешьте, мисс Конрад, — с улыбкой сказал молодой парень с перевязанной рукой. — Что мы не люди, что ли? Не поймем? Вы же еле на ногах стоите.

По приемной пробежал одобрительный, подбадривающий шепот.

Плавленный сыр и острая томатная паста с овощами оказались именно тем блюдом, которое ей больше всего сейчас хотелось. Восхитительная пицца буквально таяла во рту. Отпив сок прямо из бутылки под одобрительные взгляды собравшихся, Пейдж почувствовала, как к ней стали возвращаться жизненные силы, приливать энергия.

Люди ее уже успели полюбить и очень ценят, подумал Клэй, наблюдая, с какой искренней добротой смотрят пациенты на свою самоотверженную докторшу.

Как и утром, Пейдж и Клэй работали одной слаженной командой… Когда наконец приемная опустела, девушка сняла халат, повесила его в гардероб, скинула замшевые туфли-лодочки и с наслаждением ощутила гладкую прохладу пола, прикоснувшись к нему разгоряченными ступнями. Потом она приподнялась на цыпочки и потянулась, не замечая, что Клэй наблюдает за ней из коридора. Мужчина видел безупречные линии ее тела.

Пейдж обернулась, и они одновременно ощутили уже знакомое обоим чувство неловкости.

— Давайте-ка, доктор Конрад, спокойно сядем и как следует поедим, — сказал Рэйнольдс, забирая с подоконника пакеты и направляясь в кабинет. — Мы ведь заслужили это, правда?

Девушка убрала в стол бумаги, составила в шкаф склянки и пузырьки:

— Стол свободен, — улыбнулась она, — можно накрывать.

Клэй выложил пластиковые коробочки с салатами, сок, остатки пиццы, и оба, не раздумывая, принялись за еду. Пицца, конечно, остыла, но ее немного подсохшая корочка приятно хрустела. Салаты, пропитавшиеся острой приправой, возбуждали аппетит. Утолив голод, Клэй снова вернулся на круги своя.

Что я делаю здесь, возле этой симпатичной, но, в сущности, малознакомой женщины, думал он. Моя мать и сестра жаждут моего общества, дорожат каждой минутой, проведенной со мной. И тем не менее я здесь. Я, как бумеранг, возвращаюсь к этой женщине против своей воли.

Пейдж переживала из-за своего усталого вида. Она боялась разочаровать Рэйнольдса, показаться некрасивой; поэтому не столько ела, сколько ковыряла салат, опустив голову. Она знала, что в эти минуты он что-то решает и от этого «что-то» зависит будущее их почти не начавшихся отношений. Будь что будет, думала Пейдж. Все, что ни делается, делается к лучшему — так всегда говорит мама. Рэйнольдс, забыв, что находится в медицинском учреждении, закурил. Пейдж подняла на него глаза, но ничего не сказала.

Чего я боюсь, продолжал разговаривать с самим собой Рэйнольдс. Нужно смотреть правде в глаза. Не убегать от ситуации, а идти ей навстречу. Я чувствую, что Пейдж нуждается во мне, боится потерять меня. Уж не знаю, чем я заслужил ее симпатию? Пусть не любовь, не страсть, пусть дружба, если такое вообще возможно между мужчиной и женщиной. Но почему бы действительно не доставлять друг другу небольшие радости, проводить вместе время, отдыхать самому и делать хоть чуть-чуть счастливее ее? Почему бы не пожить для себя, стать даже авантюристом, искателем приключений, но в хорошем смысле? Почему бы не попробовать? Может быть, что-то получится. А нет — так нет.

— Вы были когда-нибудь в Луна-парке? — нарушил молчание Клэй.

Пейдж оторопела. Удивление, облегчение, радость — гамма разноцветных чувств отразилась на ее лице.

— После сегодняшнего трудового подвига, — продолжал Клэй, делая вид, будто не замечает, что творится с Пейдж, — вы заслужили, чтобы вас хорошенько развлекли. Можно поехать туда в четверг, после того как вы закончите работу в поликлинике.

— Я согласна, — тихо ответила девушка.

6

Шагая рядом с Клэем по широкой асфальтированной дороге к воротам Луна-парка, Пейдж на секунду представила себя маленькой девочкой, идущей рядом с отцом. Какое бы это было, наверное, неописуемое счастье! Но ничего подобного в ее детстве не было. Она посмотрела по сторонам.

Вокруг было столько беззаботных детских лиц: в прогулочных колясках, на плечах отцов, важно поглядывающих с высоты; те, что были постарше, держали матерей за руки, а некоторые сорванцы так и норовили убежать вперед.

Пейдж по-хорошему завидовала им. И вдруг чуть ли не поклялась себе: если у нее когда-нибудь будут малыши, она ни за что не станет лишать их радостей детства. Пусть оно будет счастливым, так чтобы спустя годы они могли вспомнить дни, полные чудес и веселья. А что может быть на свете дороже светлых воспоминаний, приходящих из детства в самую тяжелую минуту жизни?

Ей всегда казалось, что она родилась сразу взрослой. Когда-то она гордилась собой, не по годам серьезной, в глубине души выделяя себя из компании сверстников. Но теперь чувствовала, что в ее жизни отсутствует что-то очень важное, бесценное.

15

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор