Оценить:

Эхолетие Сеченых Андрей




71

Прудников задумчиво посмотрел в спины уходящих сотрудников, явно мучаясь какой-то недосказанностью. Неожиданно его взгляд скользнул на стенд ВЛКСМ с надписью на нем: «Если делать – то делать по-большому!», и он вспомнил:

– Леший!

– Да, Володь, – старый друг обернулся в дверях,

– Прошу, не жри больше эти консервы, а то на маршруте обгадишься.

Леший понятливо кивнул и провел ладонью по горлу: «всё, баста», а Прудников расслабленно вытянул ноги и, едва заметно улыбаясь, посмотрел в окно.

Март 1984, г. Москва, Лубянка, десять минут спустя

«Секретно. Генерал-майору Лебедеву. За истекший период в процессе изучение объекта нами не выявлены компрометирующие его связи. Объект придерживается стандартного распорядка дня, является хорошим семьянином, регулярно поддерживает свою физическую форму, увлекается рыбалкой. В настоящее время нами отрабатываются его связи с гражданином Франции Полем Дювалем, преподавателем французского языка и литературы. Контакт «Игрок» нами пока не установлен. Капитан Прудников… в/ч… г. Лисецк»…

«Трам-пам-пам» – пальцы генерала отстучали мелодию марша по крышке письменного стола. «Ну что ж, возможно, всё не так плохо. Вероятнее всего анонимку настрочил очередной полоумный гражданин со специфическим социально-психологическим состоянием, именуемым шпиономанией, Нелюбин же чист, а французик вполне вероятно подбивает клинья к его молоденькой дочери. За недельку разберутся и смело отрапортуем наверх. Дай-то Бог…»

Март 1984, г. Лисецк

Утро следующего дня, к вящему удивлению горожан, подтвердило прогноз погоды. Первые лучи мартовского солнца до будильника поднимали с постели даже самых заядлых любителей поспать и гнали их на работу. Люди лениво делали физзарядку, маршируя с закрытыми глазами на месте, махали в разные стороны руками и приседали, что по идее министерства здравоохранения, должно было обеспечить прилив крови к конечностям для повышения работоспособности и производительности труда и, соответственно, выполнение и перевыполнение плана пятилетки. С прилившей ко всем конечностям кровью, люди чистили до блеска зубы мятным порошком или модным «Поморином» болгарского производства, умывались, завтракали, их дети успевали даже послушать по радиоприемнику, прикрепленному намертво шнуром к радиоточке, передачу «Пионерская зорька», и все дружно разбегались по своим делам. Однако, среди счастливых обладателей весеннего солнца был десяток человек, которые на этот факт почти не обратили внимания.

Лёшка встал, когда еще не было шести, и почти два часа ушли на приготовления. Он отложил обычную повседневную сумку, достал большую спортивную сумку, с которой бегал на подпольные тренировки по карате киокушинкай, и совершил над ней довольно странные манипуляции, используя нож, ножницы и изоленту. Потом он долго возился с пиджаками, рубашками, свитерами и даже с пальто. Вид он имел сосредоточенный, часто останавливался, явно что-то додумывая, потом согласно качал головой и продолжал своё дело. Отобрал, наконец, всё, что было необходимо, и присоединился ко всем гражданам нашей страны на стадии приема водных процедур. Перед выходом из дома он сделал один единственный звонок по телефону.

Поль вскочил, как ошпаренный. Вчера долго ворочался и не мог уснуть, обдумывая в мелочах план действий, накиданный Алексом, и вот результат – будильника он не услышал, а до выхода из дома осталось пятнадцать минут. «Ah, diable!» – выругался он на отличном французском, что в переводе на русский приблизительно значило: «Ну надо же быть таким ослом, чтобы не услышать будильник. И Бог с ним с завтраком, но я даже кофе выпить не успеваю!» Он раздвинул гардины и, ослепленный солнцем, рванул в туалет, по дороге мизинцем на ноге зацепился за кресло и вторичное «Ah, diable!» эхом раздалось уже в кафельном помещении, что на этот раз значило: «Бедный мой палец, бедная моя нога, ну почему это все происходит со мной?» Потом он влетел на кухню, отрезал кусок пошехонского сыра и колбасы, быстро проглотил, практически не разжевывая ни то ни другое, умылся за пять минут, за столько же собрался, выбежал из квартиры, чертыхнулся на этот раз уже по-русски, снова забежал, схватил сумку, бросил в нее ручку, блокнот и окончательно покинул своё жилище.

Рафик Оганесян встал пораньше, спокойно собрался, позавтракал и с половины девятого утра уже находился в служебном автомобиле во дворе дома, где проживал Дюваль, и подробно инструктировал свою группу, особенно акцентируя свое внимание на новом сотруднике. Последний был одет более чем незаметно: черные ботинки, черные носки, черные брюки, черное пальто и черная вязанная шапка. Рафик с раздражением подумал, что заставь дурака Богу молиться…, но промолчал и не стал комментировать то, что иногда полезно не одеваться в один черный цвет, который так же привлекает внимание, как и пёстрые расцветки. Как только Поль выбежал из подъезда, из припаркованной машины выскользнула тень и, выдерживая дистанцию, рысью отправилась вслед за ним.

Капитан Прудников в шесть утра уже бежал свои ежедневные три километра, радуясь солнцу и наступающей весне, а спустя два часа наблюдал, как во двор, где проживал «Католик», въехал знакомый автомобиль лисецких коллег и спрятался между гаражами. Однако безобидный сигаретный дым из полуприкрытых окон превращался над крышей «жигуленка» в довольно плотный гриб, явно демаскируя наблюдателей. И капитан с удовольствием отметил, что его команда работает более профессионально. Леший накачивал заднее колесо, а Петька проверял уровень масла в моторе и колдовал над карбюратором: ни дать ни взять – два родственника с утра приводили в порядок своего стального любимца. Меньше, чем через час, из подъезда кубарем выкатился Поль, следом за ним пристроился один из лисецких и десятью секундами позже кавалькаду замкнул его Семен, держа в поле зрения обоих прохожих.

71

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор