Оценить:

Ради тебя Чемберлен Диана




1
Оглавление

Диана Чемберлейн
Ради тебя

Много людей помогало мне в создании «Ради тебя» («TheCourageTree»).

Я благодарна экспертам по поисковым и спасательным работам, медицинскому персоналу, пациентам и их семьям, своим коллегам-писателям, которые направляли меня.

Мне хотелось бы также поблагодарить Энн Олман, Тима Артура, Мэри Эллис Крузи, Грэтхен Лхакарайт, Кэтлин Лоутон, Чара ЛеФлера, Джона Нельсона, Эллис Сото и Монику Уолтон за то, что они щедро делились своим опытом и знаниями со мной.

Я особенно признательна своему издателю Эми Мур-Бенсон за ее невероятное терпение; читателям Бет Джойс и Эстер Ягильски, которые создали единственную в своем роде потребительскую корзину в благодарность за мои предыдущие книги, а также для того, чтобы воодушевить меня на дальнейшее творчество, и Грейгу МакБину за то, что он помог мне процветать среди хаоса.


Невозможно быть героем, не будучи трусом.


Джордж Бернанд Шоу

Пролог

Там, куда она собирается, не будет музыки. Зои стояла посреди зала со сводчатым потолком, белыми коврами и окном во всю стену с видом на Тихий океан и пристально смотрела в угол комнаты, прикованная к месту звуками, исходящими из огромной колонки. Она уже смирилась с мыслью, что больше не увидит этот пляж и не вдохнет запаха моря. Она знала, что может прожить без телевизора — и даже с радостью, — без телевидения и его сборища новых молодых талантов, она также может прожить без газет и журналов. Но без музыки? Это было сродни катастрофе. Но потом ее взгляд остановился на фотографии, которая стояла на детском рояле. На этой фотографии Марти было двадцать лет; она стояла на пляже рядом с Максом. Она стояла возле Макса, но не прикасалась к нему, и не было того чувства неосязаемой связи между отцом и дочерью, как будто каждого из них сфотографировали отдельно, а потом эти две фотографии соединили. Зои с беспокойством смотрела на это расстояние между ними. Интересно, а если бы на фотографии была она и Марти, выглядели бы они такими же отдаленными друг от друга? Она боялась, что именно так и было бы. Пришло время это изменить.

ГЛАВА ПЕРВАЯ


Все четыре маленькие комнатки были залиты солнечным светом, и воздух в домике для гостей казался каким-то спёртым. В половине третьего Жаннин выключила кондиционер и открыла все окна, начиная со своей спальни и комнаты Софи, затем в кухне и, наконец, в гостиной. Несмотря на то что в коттедже сразу стало теплее, воздух был сухим — удивительное явление для июня в северной Виргинии, — а едва заметный ветерок принес в комнаты аромат магнолии и лаванды.

Жаннин села на диван, прислонилась спиной к ручке, положила босые ноги на подушку и пристально посмотрела в окно на сады Эйр-Крик. Через пятнадцать минут можно отправляться, сказала она себе. Она приедет слишком рано, но она не может больше здесь ждать.

Вид на сады из этого окна был восхитительным. Полосы красного, фиолетового, желтого и розового то исчезали, то возникали, образуя причудливые узоры на более чем двух акрах холмистого ландшафта, прежде чем терялись в глухих зарослях между коттеджем и большим особняком. Желтое строение девятнадцатого века с черными ставнями — это и был особняк, едва видимый в это время года из-за буйного цветения деревьев. Жаннин часто представляла, что она была хозяйкой своей собственной жизни, а не жила в имении родителей. В действительности Эйр-Крик не принадлежал ее родителям, они просто присматривали за ним. Дом принадлежал Фонду Эйр-Крик, которым управляли потомки первого владельца этого имения — Ангуса Кэмпбелла. Фонд передал по акту достаточно денег округу, чтобы оставить сад и несколько комнат особняка открытыми по выходным для всех желающих. А согласно какой-то неофициальной договоренности, матери Жаннин, Донне Кэмпбелл Снайдер, предоставили право жить в этом особняке вплоть до ее кончины. Кроме этого, она не получила и цента из состояния своей семьи. Это, как всегда думала Жаннин, и было причиной печали ее матери.

Тем не менее Донна и Фрэнк Снайдер обожали имение Эйр-Крик. Они, будучи учителями истории на пенсии, получали удовольствие от задания присматривать за домом и садами и охотно позволили Жаннин и ее дочери Софи жить без арендной платы в «домике для гостей» — эвфемизм, придуманный для того, чтобы скрыть настоящую историю маленького строения: когда-то оно было домом для рабов Эйр-Крик.

В оконном стекле была маленькая трещинка, и, когда Жаннин закрывала один глаз и приближалась к стеклу, она могла отчетливо видеть одну идеальную гортензию голубого цвета. Когда она отодвигалась немного левее, то могла видеть розы, которые Лукас посадил возле колодца желаний. Ей следовало бы встать и заделать отверстие, а не играть с ним, подумала она вскользь, но лишь сменила позу на диване и опять посмотрела на сады.

Эта неугомонность, это клаустрофобное чувство, чувство духоты, не покидало ее все выходные, и она знала, что создала его сама. Она не сделала и глотка воздуха начиная с вечера пятницы, когда смотрела, как ее дочь уезжала в фургоне с девочками из отряда Брауни. Софи улыбалась и хихикала со своими друзьями и выглядела так, будто была совершенно здоровой восьмилетней девочкой — за исключением, пожалуй, бледности и хрупкости тонких белых ручек и ножек. Жаннин махала рукой вслед фургону, пока не смогла уже различать рыжие волосы Софи за тонированными стеклами. Потом она улыбнулась двум другим мамам на автомобильной стоянке у садов Мидоуларк Гарденс и быстро забралась в машину, надеясь, что ее лицо не выдало волнения, которое не покидало ее ни на один день на протяжении последних пяти лет.

Загрузка...
1

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

Загрузка...