Оценить:

Таня Гроттер и птица титанов Емец Дмитрий




54

13. ЧЕМОДАН ИСТИННЫХ НАМЕРЕНИЙ

Полосатый чемодан с выдвижной ручкой и колесиками. Молния слегка заедает. Правый край чемодана искалечен ударами копыт единорога. Из чемодана истинных намерений можно вытащить любую настоящую мечту, но этот же чемодан сожрет вас, если с мечтой, на его взгляд, что-то не так.

Примечание: чемодан находится у академика Сарданапала, который хранит в нем холостяцкие подтяжки, непарные носки и прочие ненужные пустяки.


14. ПТИЦА ТИТАНОВ

Маленькая серая птичка с красным, немного загнутым клювом, для которой не существует ни времени, ни пространства, ни физических преград. Может жить как в огне, так и в воде. Не имеет двойников ни в одном из известных миров. С легкостью проникает сквозь межмирную границу (так называемое Стекло Миров).

Любимица гекатонхейров, которых, по легенде, когда-то спасла из заточения.

Если убить птицу титанов, треснет Стекло Миров. Однажды это уже случилось (см. извержение Везувия и гибель Помпеи), но тогда птица титанов была только ранена. Питекантроп Татарах (см. ветеринарный маг Тибидохса) спас ее, и трещина закрылась.

Не успела Таня перечитать про птицу титанов, как Гробыня, пытаясь забрать у нее лист, влезла ногтем в одну из букв. Мгновение – и ее длиннющий ноготь стал исчезать, превращаясь в ничто. Было совершенно ясно, что одним ногтем дело не ограничится.

– Пожирающие чернила!.. Гу-у-уня! – завопила Склепова, но, поняв, что Гломусом вломусом делу не поможешь, а с остальной магией у Гуни туговато, вскинула перстень.

– Огнеметус пропанус!

Красная искра скользнула по листу, и он осыпался пеплом.

– Что ты сделала? Ты соображаешь, сколько там было полезного? – крикнул Бейбарсов.

Склепова озабоченно разглядывала ноготь. Он стал гораздо короче, но все же палец уцелел.

– Гуня! Тут на твою маленькую мышку повышают голос! – капризно пожаловалась она.

На Бейбарсова надвинулся верный Гломов.

– Она мне нравится в полном комплекте! Со всеми пальцами! – прорычал он.

Шурасик отвел Таню в сторону. Сразу к ним подошел и Глеб.

– Узнай, где можно найти и как убить птицу титанов! – велел Шурасик Тане.

– Как я это узнаю?

– Элементарно! См. питекантроп Тарарах! – веско произнес Шурасик.

Таня мгновенно сообразила, куда он клонит.

– Если Тарарах вылечил ее в прошлый раз…

– …то он знает, чем ранили птицу, не боящуюся ни огня, ни воды! Но тут и у меня, положим, есть кое-какие мыслишки. Но вот где искать птицу, для которой не существует ни времени, ни пространства? – напористо заявил Шурасик.

– Тарарах никогда не скажет!

Согнутым пальцем Шурасик почесал переносицу.

– Мне – да. Глебу тоже. А к кому Тарарах относится лучше всего?

– Конечно, к тебе, Танюша! К тебе просто нельзя относиться плохо! – уточнил Бейбарсов с самой милой, с самой ослепительной улыбкой из своей роковой коллекции.

– Да, но…

Глеб прищурился. Глаза у него стали холодными.

– Что «но»?

Тане захотелось боднуть его лбом в нос, чтобы он был не таким красивым.

– Хорошо, Глебушко, я узнаю! – пообещала она, передразнивая Абдуллу.

У Бейбарсова дрогнуло веко. Он был обидчив.

– Очень на это надеюсь. Это и в твоих интересах! – сказал он и, повернувшись, вышел.

За ним последовали Шурасик, вспомнивший, что он не окончательно указал Свеколт ее скромное женское место в структуре будущих семейных ценностей, и Гуня, спохватившийся, что в то время, как обед уже где-то там, он еще где-то тут.

В комнате остались Таня и Гробыня. Таня подошла к своей кровати и, перевернув забрызганное одеяло на чистую сторону, рухнула вниз лицом. Гробыня продолжала тревожно разглядывать палец. Если поначалу ей показалось, что она дешево отделалась и пострадал только ноготь, то теперь разглядела на коже крошечную, едва заметную ранку. Хуже всего, что в нее попали желтые брызги от взорвавшейся книги.

Гробыня промыла ранку и заставила себя выбросить тревогу из головы. А лучший способ выбросить из головы свою тревогу – забить ее чьей-то чужой тревогой.

– Унываешь, Гроттерша? – поинтересовалась она.

– Нет.

– А я думаю: унываешь.

– Ну да. Унываю. Он оказался не очень героическим героем! – пожаловалась Таня в одеяло.

Зрачки у Склеповой расширились и сразу сократились, как у кошки.

– То есть ты его действительно…

– Непоследовательно ненавижу! – признала Таня, еще глубже втиснув лицо в одеяло.

Удивить чем-то Гробыню было невозможно. Ну разве что сказать ей, что она не самая красивая.

– Ну и умничка! Глеб не худший выбор. Какая выгода тебе непоследовательно ненавидеть Валялькина?

– Он Валялкин!

– Какая разница? Он всю жизнь будет ковыряться со своими магическими зверушками. Какие перспективы могут быть у ветеринарного мага, сама подумай? Глеб, конечно, жестче и подлее, но он и пойдет дальше. С ним можно многого достичь… – заявила Склепова.

Таня повернула голову и одним ухом легла на подушку, чтобы лучше видеть Гробыню.

– Слушай! Ты все так правильно говоришь!

– Ну дэк! Это ж я! – самодовольно сказала Гробыня.

– А чего тогда ты своего Глома не бросаешь? Он же тоже, извиняюсь, тучки ножничками не стрижет?

Гробыня тряхнула головой.

– Ты права, Гроттерша! Не пальцем в бровь, а пяткой в нос! Что-то у меня со мной не сходится. Казалось бы, такая вся, что хоть стоп-кран дергай, а трясусь, чтобы мой Гломик не ходил в дырявых майках! Очуметь! Блин, у меня палец болит! Все, Гроттерша, отвянь! Остаток дня я буду себя жалеть!

Глава 11
Гуляй, Таня, жуй вопилки!

54

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

загрузка...