Оценить:

Фаэты Казанцев Александр




92

– Сближение планет рождает взрыв стихий. Не счесть всех бедствий на Земе. Марианам надобно вернуться.

– Тогда истинно жаль, что ты, первый звездовед Мара, не согласен с юным Киром Ярким, – сказала Мона Тихая, углубляя резцом складки между бровями на изваянии Великого Старца.

– Почему? – изумился Вокар Несущий.

– Увы, тебе дано познать лишь звезды, а не сердца мариан.

– Сердца и звезды?

– Пойми, разгул стихий лишь привлечет к себе тех, кто ищет подвига. Будь твое мнение о скором столкновении планет таким же, как у дерзкого юнца, оно могло бы убедить Инко Тихого скорей вернуться к нам на Мар. А его ведь ждет мать.

Вокар Несущий задумался, искоса глядя на скульптуру и ваятельницу, нервно перекладывающую резцы.

– Математический расчет порой зависит от того, как пользоваться вычислительными устройствами, – неуверенно начал он. – Первая Мать подсказала новый подход, – уже решительнее продолжал он. – Я проверю выводы своего юного ученика, и пусть он будет прав, дабы я мог присоединить свой голос к предостережению участникам Миссии Разума.

– Значит, мы понимает друг друга, – закончила Мона Тихая, набрасывая на скульптуру кусок ткани. – Когда вернутся с Земы мариане, распад вещества должен остаться тайной навеки, как завещал Он.

Так неожиданно для Кира Яркого его «подвиг зрелости» был вдруг признан содеянным, а он сам – достойным участия в полете на космическом корабле «Поиск-2», сооружение которого по чертежам древних фаэтов завершалось в глубинных мастерских Мара.

Кир Яркий в запале молодости приписал успех себе и направил всю присущую ему энергию на снаряжение корабля, которым будет управлять.

Велико же было его потрясение, когда он узнал, что готовый корабль будет бесполезен для полета к Луа, потому что самого главного в его снаряжении – устройства распада вещества – на нем нет…

Глубинный город мариан жил своей повседневной жизнью.

Бесчисленные галереи на разных уровнях пересекались сложной сетью. Вереницы худощавых, быстрых мариан шли по ним друг за другом, редко рядом (узкие проходы затрудняли встречное движение пар, и у мариан выработалась привычка ходить вереницей). Каждый шел по своему делу, но со стороны могло показаться, что всех ведет одна цель.

Кир Яркий из-за горба и хромоты резко выделялся в общей толпе. Многие знали его, одолевшего в споре самого Вокара Несущего, и с интересом провожали взглядами. У него было много сторонников, в особенности среди молодежи. Немало мариан готовы были разделить с ним все опасности полета в космос.

Но сейчас только один Кир Яркий ковылял в бесконечной веренице мариан, влекомый мыслью о Луа. Он даже неприязненно смотрел на тех, кто сворачивал в пещеры предметов быта. Ему казалось чуть ли не кощунством заниматься сейчас выбором необходимых для повседневной жизни вещей, настойчиво предлагаемых в пещерах быта каждому, казалось невозможным спокойно есть, спать, читать письмена, учиться в пещерах Знания, мимо которых он проходил, или увлеченно трудиться в глубинных мастерских, куда вели крутые спуски, заполнявшиеся марианами лишь перед началом или после окончания работы.

У Кира Яркого времени в запасе было достаточно. Желая совладать с волнением, охватившим его перед встречей с самой Моной Тихой, Первой Матерью Совета Любви и Заботы, он решил спуститься в глубинные пещеры, увидеть, где будут осуществляться замыслы, которым он решил себя посвятить. Он считал, что это завещано ему сестрой.

Кир Яркий ощутил характерный запах машинного производства. Ветер глубин дул в лицо и заставлял расширяться ноздри.

Кир Яркий и прежде бывал здесь. Громады самодействующих машин всегда поражали и даже чуть угнетали его. Но сейчас они представились ему совсем иными – могучими и послушными, призванными осуществить его замысел.

Он поговорил с глубинными инженерами. Они сочувственно и с уважением выслушивали его, не подавая виду, что несколько озадачены. Ведь им предстояло делать нечто совершенно незнакомое, и даже неизвестно, что именно.

Однако техника Мара была столь высока, что никто не сомневался в ее возможностях.

У Кира Яркого оставалось время, и он забрел еще и в пещеры знатоков вещества. Нагромождение пирамид, сфер, кубов. Загадочные, труднопонимаемые опыты, которые велись здесь, на миг заставили Кира Яркого пожалеть, что он не стал учеником этих знатоков Знания. Гигантские аппараты доставали до нависающих сводов. Они казались сказочными.

Но ведь и задание, которое им готовится, тоже сказочное! До сих пор обо всем этом говорилось только в сказках.


Мона Тихая приняла взволнованного юношу не у себя в келье, а в пещере Совета Матерей.

Кир Яркий оглядел своды с начинающими образовываться на них сталагмитами, потом стену с натеками, около которой когда-то стояла его сестра, не ожидая приговора, а обвиняя Совет Матерей. Он поступит так же!

Мона Тихая пристально рассматривала невзрачного юношу. Глаза его так горели из-под нависшего лба, что казалось, могли бы светиться в темноте.

– Что привело тебя сюда, Кир Яркий? Я убедила твоего учителя признать твой подвиг зрелости. Чего же ты еще хочешь?

– Только равнодушие может подсказать такой вопрос! – запальчиво воскликнул Кир Яркий.

Мона Тихая нахмурилась:

– Незрелые слова не могут ранить сердце. Дано ли марианам заподозрить в равнодушии Матерей?

– Дано? Глубинами разума дано! Как лететь на Луа, если устройства распада вещества для изменения взрывами ее орбиты еще нет и тайна фаэтов так и не открыта?

– Мыслишь ты, юноша дерзкий, что только истинное равнодушие к грядущим судьбам мариан могло бы преждевременно раскрыть опасную тайну?

92

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор