Оценить:

Изгнанница Ойкумены Олди Генри




58

Я не верила ему.

Я не знала, что там, в компетентных высших эшелонах, проверяют информацию. Вернее, слух про утечку информации. Вроде бы, гематры Элула, способные восстановить динозавра по единственному когтю, вцепились в тайну Шадрувана. В крупицы сведений, в пыль сплетен. Проверка за проверкой, война разведок; нет, ерунда, ложная тревога…

За неделю до Нового года нам велели готовиться к отлету.

Часть девятая
Шадруван

Глава восьмая
Змея в корзине

I

Она ворвалась в посольство, как вихрь.

– У тебя есть карта? Карта Шадрувана?

– Есть, – кивнул Ник. – Зачем тебе карта? В поход собралась?

В кабинете он был один.

– Не смешно. Я имею в виду местную карту. Город и окрестности.

– Разумеется, есть.

– Без Скорлупы? Как это видят аборигены?

– Голограмму или на бумаге?

– Любую!

– Чего ты психуешь? Ну, карта…

– Дай ее мне. Пожалуйста.

Он плохо выглядит, думала Регина, пока господин посол рылся в закромах. Он с самого начала такой. С первого дня, как мы с Артуром прилетели на Шадруван. Нет, извините – в первый день все было гораздо хуже. Даже вспоминать не хочется. Замкнутый, угрюмый, Ник исхудал, ел через силу, ссылаясь на отсутствие аппетита. Когда аппетит в качестве аргумента истерся до дыр, на смену ему пришла необходимость сохранять форму. Форма Регине не нравилась. Особенно борода – клочковатая, с редкими пятнами седины. Бриться Ник бросил, пожалуй, уже с месяц, радуя косматых туземцев. Бритвенный станок «Larex», «супер-подарок для стильного мужчины», скучал в ванной, забыт и заброшен.

Рядом грустило дитя прогресса – депиляционный бальзам «Свежесть».

«Почему ты седеешь? – ворчала Регина, с тоской вспоминая времена, когда у Николаса Зоммерфельда, румяного мальчика, ничего не росло на щеках и подбородке. – Что за глупости? Ты у меня еще юноша…»

Юноша отмалчивался, хмурясь.

– Ну что ты копаешься?!

– Не кричи на меня…

В посольстве спасал климатизатор. В лагере 3-й экспедиционной группы, откуда Регина примчалась сломя голову, не спасало ничего. Даже ночью жара не спадала. Иногда казалось, что солнце из чистой ненависти к ларгитасцам стоит в зените круглосуточно, не выходя из «створа» Скорлупы. Дышали горячей ватой. Спали на сковородке. Половина народу маялась от тепловых ударов, вторая половина – от простуды. Напились, значит, холодненького. Туземцы бесчувственно посмеивались. Им вторил Артур – ребенку нравилась жара. Малыш наслаждался зноем; так его сверстник наслаждался бы прохладой бассейна.

«Кругом пекло, – вздохнула Регина, – а ему, как с гуся вода. С того гуся, который в кувшине. И всегда свободен…»

Не в силах видеть, как Ник тянет резину, она встала у окна. Выглянула наружу, прямо в горячий кофе со сливками – в сумерки Шадрувана. Под окном, у входа в посольство, курил Груша. От дыма его сигары мошкара дохла на лету. Скунса не было – жертва насморка осталась в лагере присматривать за Артуром. Госпожа Клауберг не вызывала у Скунса доверия; наверное, поэтому он через раз щипал ее за монументальную задницу.

Матильда ненатурально возмущалась.

Регина еще дома понимала, что два телохранителя для доктора ван Фрассен – это чересчур. Она не ревновала к мальчику, а уж к госпоже Клауберг и подавно. Ну его, Скунса, с его сомнительным вниманием. Зато Груша был вне конкуренции. Из лагеря в посольство Регина прискакала сама; ну хорошо, не сама, а в седле Джамала, одного из всадников, подаренных ей шахом во время прошлого визита. Груша тоже поехал бы верхом, но лошади его боялись до одури. Всю дорогу телохранитель пробежал за конем, бок-о-бок с Фридой в ипостаси целофузиса, не отстав ни на шаг. Ящер его не боялся ни капельки. Зато конь от старта до финиша шел галопом, словно спасаясь от волчьей стаи. Бедное животное пришлось вываживать по двору, а Груша свалил на перекур.

Хоть бы запыхался для приличия, что ли?

– Вот, нашел…

Гордый, как чемпион на пьедестале, Ник протягивал ей карту. Свиток плотной бумаги, перевязанный шнурком из кожи. Настоящая, поняла Регина. Местная. Рылся, чтоб похвастаться раритетом. Какой же ты все-таки мальчишка, бородач Зоммерфельд! Взяв свиток, она разложила карту на столе. В нижнем углу красовался герб: леопард с саблей, в венке из ветвей. Вверху была корона и надпись, которую Регина не смогла прочесть.

– Дай мне маркер.

К счастью, Ник не стал искать древний, аутентичный маркер.

– Держи.

– Извини, дружок, – Регина сосредоточилась. Воспоминание еще было ярким, но в любую минуту могло «полинять». – Я испорчу твою замечательную карту. Надеюсь, это не критично…

Маркер провел первую линию – у реки, там, где базировалась 3-я группа. Двинулся южнее, изобразил короткий зигзаг у холмов. И дальше, дальше, по кругу, замыкая в кольцо большую часть города. Вне пределов кольца остались западные кварталы, виноградники за холмами; рыбачьи поселения на том берегу реки, два храма у подножья горной цепи – все, без чего шадруванцы не мыслили жизни, а ларгитасцы ни разу не видели… Ник внимательно следил за действиями Регины. От комментариев он воздерживался. Наконец доктор ван Фрассен закончила, выпрямилась и с вызовом уставилась на господина посла.

– Откуда ты это знаешь? – мрачней тучи, спросил он.

– Что именно?

– Границы Скорлупы, – Ник склонился над картой, размышляя. Затем сыграл на сенс-панели быструю мелодию и вывел на планшет вторую карту. Там было размечено точно такое же кольцо, чуть сплюснутое по бокам. – Тебе Бреслау показал, да? На Ларгитасе?

– Нет. Тиран мне этого не показывал.

Загрузка...
58

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

Загрузка...