Оценить:

Прятки Шолох Юлия




1

Шолох Юлия
Прятки

Трудно сказать, когда я впервые заподозрила, что на моем пути все будет не так уж легко и просто, а главное, далеко не всегда будет зависеть от моих собственных усилий. Может, когда шла подавать документы и впервые увидела, какие на стоянке машины, будто вокруг не двор института, а как минимум Международная Швейцарская выставка автомобилей? Или когда поняла, что они принадлежат совсем не преподавателям? Может, когда прочитала в списках поступивших свое имя? Или когда ассистентка деканата рассказывала мне про экзамены, занятия и конкурсы на стипендию, но смотрела с таким малопонятным тогда сочувствием, что становилось не по себе? А может, когда сталкивалась с другими абитуриентами, часть из которых сопровождала охрана, часть походила на сошедших с глянцевых журналов моделей и все они зашли сюда, не испытывая ни малейшего сомнения в том, что поступят?

Но одно знаю точно — осознала я всю глубину пропасти только в тот день, когда встретила его.

1

…Тетя Тамара была моей спасительницей и в прямом и в переносном смысле слова. Когда погиб папа и мать погрузилась в мир, где все вопросы решаются с помощью градуса, именно старшая сестра отца, у которой никогда не было собственной семьи и детей, приехала в наш городок и следующие шесть лет заменяла мне сразу обоих родителей. Когда мама все-таки вышла из состояния пьяного угара, ее жизнь уже была безнадежно исковеркана. Лучшая работа, на которую она впредь могла рассчитывать — торговля на рынке. Друзья и добрые знакомые за прошедшее время порастерялись и общаться больше не желали, а восьмилетняя дочь, то есть я, считала ее чуть ли не чужой тетей.

Сейчас мне проще понять, хотя нет… не проще. Я не смогу ее понять, разве что попаду в точно такую же ситуацию. Надеюсь, не попаду. Никогда.

Придя в себя и вернувшись в семью, мама тетю Тамару довольно быстро из дома выжила. Не скажу, что они плохо ладили, но у них был постоянный источник спора и военных конфликтов — я. Но так как мне было всего восемь и все права были у мамы, тете ничего не оставалось, как сдаться. Наверное тому помогла доставшаяся ей от деда однокомнатная квартира в столице, а может терпение лопнуло, но так или иначе, исчерпав попытки ужиться с агрессивно настроенной женщиной, у которой внезапно проснулся материнский инстинкт, тетя сдалась и уехала. Странным образом вся агрессия мамы тут же испарилась и она великодушно отпускала меня гостить к тете каждое лето, а периодически еще и на каникулы. Все это время они общались по телефону с такой вежливостью, будто за всю жизнь слова дурного друг другу не сказали.

Когда в школе наступил последний учебный год, вопросов, куда именно ехать поступать не возникало, само собой подразумевалось, что я поеду к тете Тамаре, там жилье и присмотр. Что еще нужно семнадцатилетней девчонке? Много чего, но возьмись я перечислять, сочувствия все равно не дождусь. Мама может и поняла бы, а тетя у меня старой закалки и быстро пропустит мимо ушей даже такие безобидные развлечения, как вечер в клубе или поездка на пляж. Она уверена, что жизнь подождет, сейчас главное сдуру не наделать глупостей.

А я глупостей никогда и не делала. То есть почти никогда. Характер такой.

Когда учителя слушали мои планы про поступление, только головами с сожалением качали. Не потому, что моих знаний не хватало, причина, естественно, была более прозаична.

— Ну куда ты полезешь, — сетовала моя классная руководительница, — там только дети дипломатов да богачей. Не поступишь…

Но я поступила. Не знала до последнего и до сих пор точно не скажу, почему меня взяли на бюджетное место. Балы ЕГЭ в любой школе могут накрутить хоть до небес, но в приемной комиссии со мной провели собеседование и, похоже, остались довольны — мои баллы были настоящими, все до самой последней единички. Заслуженными.

Скорее всего, взяли меня только благодаря недавно случившемуся скандалу, когда со своих мест полетело пару ректоров и Президент лично рекомендовал остальным принимать не только деньги, но и мозги. Но, так или иначе, повезло или заслужила, мечта моя сбылась.

Наверное, стоило рискнуть и поступить хотя бы для того, чтобы увидеть, как радуется новости тетя Тамара. Никто и никогда не гордился мною больше, чем она. Будь ей позволено, меня водили бы по знакомым, предварительно обклеив ярлыками: "Донельзя лучшая племянница", "Свет очей моих" и "Смысл моего безрадостного существования". Я не шучу — у тети была такая вот жизнь — когда ей стукнуло пятнадцать, появился брат — мой отец, и на нее взвалили воспитание младенца. Видимо, тогда все материнские инстинкты, которыми она обладала, себя и реализовали. А меня она восприняла сразу как любимую и единственную внучку.

Может показаться, что я не очень-то привязана к своим родным, но это совсем не так. Тетю я люблю так сильно, что стоит всего лишь посмотреть на ее улыбку и улучшается настроение. А уж когда она неловко шутит, используя современный молодёжный сленг или пытается очень тонко (по ее мнению) разузнать что-нибудь о моей личной жизни, так вообще хорошее настроение хоть консервируй на случай наступления черных дней. Я бы так и делала, если бы знала способ.

Маму я тоже очень люблю. И безмерно уважаю. Не каждый поймет, за что можно уважать женщину, шесть лет бродившую в дыму пьяного угара, забросив без присмотра малолетнюю дочь. Но я уважаю ее именно за это — после всего она смогла остановиться. В каком-то смысле поздно, но все-таки. И смогла жить дальше, потеряв возможность со своим высшим экономическим получить нормальную работу, потеряв здоровье, красоту и выдерживая бескрайний шлейф своей дурной репутации. Непросто продолжать держаться, когда каждый знакомый, а тем более посторонний за спиной называет шлюхой и даже не считает нужным приглушить голос. Нет, домой мама никогда никого не водила, так как тетя Тамара стерегла меня и квартиру словно цербер. Но вот сама много где побывала — не считая бесчисленных собутыльников, ее вытаскивали из каких-то садовых домиков, гаражей и даже голубятней. Но мне все равно, я давно ее простила. Я ее люблю. За ту улыбку, с которой она извинялась, когда не хватало денег на новую игрушку или одежду, что мне хочется. За те маленькие вкусности, которые она приносила мне по выходным из магазина, а сама к ним не притрагивалась, потому что если делить на двоих, то ничего не останется. И особенно за тот свет в глазах, точнее за остатки света, которые появляются только когда мама вспоминает о папе.

1

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

Загрузка...